Скоробогатов А.С.

Скоробогатов А.С.

кандидат экономических наук, доцент каф. институциональной экономики Санкт-Петербургского филиала Высшей школы экономики

Российская экономика во второй половине 1990-х гг.: поведение предприятий, ограничительная политика, денежные суррогаты, инфляция и августовский кризис

(Сборник тезисов научных конференций 1997-1998 гг.)

Ограничительная экономическая политика и финансовый кризис в России // Тезисы докладов Четвертой Международной Конференции Студентов и Аспирантов “Предпринимательство и реформы в России”. Изд-во СПбГУ. СПб. 1998.

Существует мнение, согласно которому, нынешний финансовый кризис необходимо подавлять методами ограничительной политики, прежде всего, путем ограничения денежной массы. Однако такой подход не учитывает того факта, что именно ограничительная политика оказалась одной из фундаментальных причин кризиса.

Первоначальным импульсом к развитию кризиса оказалась ситуация на валютном рынке и на рынке ГКО. Государство, имея значительный дефицит бюджета, покрывало его за счет выпуска ГКО, установив по ним непомерно высокую доходность. В результате бюджетный дефицит в последние годы был, прежде всего, результатом необходимости обслуживания государственного долга. Государство использовало практику покрытия старых долгов за счет новых, т. е. создало огромную финансовую пирамиду. В таких условиях динамика спроса на рынке ГКО оказалась фактором, имеющим решающее значение в определении финансового положения государства. Далее, поскольку спрос на ГКО очень сильно зависит от курса рубля, т. к. долг и доходность по нему выплачивается в рублях, а последний в значительной степени определяется колебаниями мировой конъюнктуры, то состояние государственных финансов оказалось пассивной переменной, определяемой динамикой мировых валютных рынков. В результате ослабления рубля спрос на ГКО резко сократился, и государству стало нечем выплачивать старые долги. Отсюда вынужденная мера по реструктуризации долгов. Последнее моментально привело к полному обесценению ГКО предыдущих выпусков. Это, с одной стороны, нанесло мощный удар по финансовой системе, активы которой состояли в значительной степени из ГКО, с другой стороны, привело к резкому сокращению спроса на рубль на валютном рынке, поскольку один из важнейших мотивов покупки рубля, а именно, приобретение ГКО, перестал быть актуальным. Далее пошла спекулятивная раскрутка. Естественным развитием данной ситуации было расстройство торговли на рынках многих товаров, поскольку удельный вес импорта в российской экономике очень высок, а падение рубля в первую очередь бьет по импортерам. Поскольку же торговля составляет значительный удельный вес в налогооблагаемой базе, будучи небольшим островком денежного обращения в огромном море бартера и суррогатов, то непосредственной последствием ухудшения дел в этой сфере должен быть дальнейший рост дефицита бюджета.

Итак, мы коротко рассмотрели непосредственные причины кризиса. Однако глубинные основания для него закладывались проводимой уже в течение нескольких лет ограничительной денежной и фискальной политикой. Данная политика рассматривалась, как наиболее приемлемый способ подавить инфляцию. Кроме того, считалось, что ограничительная политика приводит к оздоровлению финансовой системы страны.

Однако, когда речь идет об ограничении денежной массы, не учитывается возможность возникновения различных денежных суррогатов. Предприятия в ситуации, когда у них отсутствуют средства для покрытия своих долгов по причине отсутствия поступлений от их должников, начинают использовать бартер и взаимную задолженность в качестве средства платежа. Таким образом, основным результатом ограничения денежной массы является изменение структуры тех средств, которые опосредуют обмен между предприятиями. То же самой касается и ограничительной фискальной политики. Сокращение расходов ведет к падению доли денежного оборота в общем объеме сделок и, таким образом, дополняет политику ограничения денежной массы. Что же касается высоких налогов, то они создают стимулы к сокрытию доходов от налогообложения, что осуществляется посредством использования денежных суррогатов. Так что непосредственным результатом действия ограничительной денежной и фискальной политики является преобладание денежных суррогатов в качестве средства обращения и вытекающее отсюда падение доли денежного оборота в общем объеме сделок. Последняя представляет собой квантифицируемый символ для налогооблагаемой базы. Поэтому причинно-следственная связь идет от ограничительной политики к сокращению налогооблагаемой базы. Отсюда вытекает то, что такой огромный бюджетный дефицит возник по причине проведения в течение нескольких лет ограничительной политики. Дефицит побудил правительство строить пирамиду ГКО, что и создало непосредственные основания для финансового кризиса.

Финансовый кризис в России: предпосылки возрождения реального сектора Российской экономики // Четвертая Международная конференция студентов и аспирантов «Предпринимательство и реформы в России». СПб. 24-27.09.1998. Т. I. cc. 41-42.

Проводимые в российской экономике реформы были, по-видимому, ориентированы не столько на производство, сколько на создание в стране основ рыночной экономики. Необходимыми элементами рыночной экономики являются финансовая система и система торговли. В ходе проведения реформ были созданы благоприятные условия для развития, прежде всего, финансов и торговли. По-видимому, исходили из предположения о том, что эти два элемента экономической системы создадут благоприятные условия для инвестиций и породят конкурентную среду, способствующую созданию в стране более эффективной структуры производства.

Однако результатом такого рода реформ оказалось сокращение инвестиций в основной капитал. Развитие банковской системы носило сугубо экстенсивный характер. Банки развивались, прежде всего, потому, что государство создало условия для очень прибыльных спекуляций в данном секторе. В последние годы основным финансовым инструментом, с которым осуществлялись спекуляции и, соответственно, важнейшим источником дохода для финансовых институтов, были ГКО. Банки имели возможность получать кредиты от ЦБ по одной ставке и покупать на полученные деньги ГКО, по которым сразу же была установлена непомерно высокая доходность. Доходы, получаемые банками в такой ситуации, следует охарактеризовать как ренту, поскольку последняя является результатом перераспределения доходов из одного сектора экономики (производство) в другой (финансовый сектор). В такой ситуации финансовая система выступает не как донор, а как паразит по отношению к производству. Речь идет о том, что банки не создают финансовые условия для инвестиций, но, напротив, отвлекают ресурсы, могущие быть инвестированными, от производства. Выкачивание инвестиционных ресурсов из реального сектора происходит, во-первых, через высокие налоги, за счет которых потом выплачивают доходность по ГКО, во-вторых, через высокую альтернативную стоимость инвестиций, порождаемую возможностью получить высокую прибыль на операциях с ГКО.

Далее, либерализация цен и внешней торговли создала благоприятные условия для развития системы торговли внутри страны. Это имело два следствия: с одной стороны, поскольку российская структура производства является высокомонополизированной, либерализация цен не могла не привести к резкому и продолжительному росту цен на товары производственного назначения, что вызвало инфляцию издержек, оказывающую депрессивное воздействие на производство. С другой стороны, либерализация внешней торговли поставила российских производителей, не успевших адаптироваться к рыночным условиям, в равное положение с иностранными производителями, что также очень негативно повлияло на инвестиционную активность в производственном секторе.

Поэтому можно сделать вывод о том, что система торговли и финансы развивались в России в ущерб производству. Благоприятные условия для развития первых породили крайне тяжелое положение для последнего. Отвлечение инвестиционных ресурсов на высокоприбыльные финансовые спекуляции, инфляция издержек и сокращение спроса на продукцию отечественных производителей привели к дефициту оборотных средств, прежде всего кассовой наличности, на предприятиях. В результате в производственном секторе стали преобладать денежные суррогаты (бартер и неплатежи) в качестве средства платежа. Последнее создает очень неблагоприятный инвестиционный климат в производстве и подхлестывает инфляцию издержек.

Исходя из этого, можно предположить, что нынешний финансовый кризис может оказаться началом подъема реального сектора российского хозяйства. Прежде всего, необходимо заметить, что поскольку производственный сектор охвачен денежными суррогатами как основным средством платежа, финансовый кризис может иметь очень слабое прямое влияние на состояние дел в производстве. В то же время финансовый кризис - это развал системы перекачивания ресурсов из производства в финансовый сектор. Нет ГКО - не на что отвлекаться инвестиционным ресурсам (до тех пор пока не возникли новые финансовые инструменты с высокой доходностью). В то же время ухудшение положения импортеров позволяет вздохнуть отечественным производителям, которые в силу финансового кризиса оказываются в относительно более благоприятном положении.

Система, которая возникла в переходный период, представляла собой механизм перекачивания средств из производства в сферу торговли и финансов. Результатом функционирования такой системы стал беспрецедентный спад производства. Таким образом, в стране была создана нежизнеспособная система, предпосылки для распада которой были заложены в ней самой. Функционирование такой системы подтачивало основу ее существования, а значит, такая система рано или поздно бы разрушилась. Отсюда вытекает, что финансовый кризис был неизбежен, а его наступление, приводя к развалу неэффективной системы, может оказаться началом подъема производственного сектора российской экономики.

Инсайдерский контроль как фактор спадфляции // Тезисы научной конференции «Теория и практика социально-экономических реформ». Ч. II. СПб: НИИ химии СПбГУ, 1997. С. 25-26.

Как известно, в последние годы российская экономика переживала сильный экономический спад, сочетавшийся с высокой инфляцией. Это свидетельствует о том, что проведенные реформы пока не достигли своей цели. Несомненно, спадфляция — это сложное явление, которое развивалось под воздействием многих факторов, из которых особое внимание уделяется, как правило, сокращению инвестиций, необходимостью модернизации и переориентации производства для удовлетворения возникающего на рынке спроса и т. д.. В настоящем же выступлении особое внимание будет уделено особенностям, характеризующим российские предприятия и их взаимосвязи друг с другом, которые по-особому проявились после проведения рыночной либерализации и приватизации. По нашему мнению, эти особенности и, в частности, преобладание на предприятиях инсайдерского контроля (бывших директоров, ставших собственниками) оказались важным фактором развития инфляции, сопряженной со спадом.

На протяжении последних десятилетий существования советской системы происходил процесс концентрации экономической власти в руках руководителей предприятий. Их зависимость от центральных органов управления все больше ослабевала. В конце 1980-х годов на большинстве предприятий их директора стали фактическими хозяевами, а государство оказалось не способным подтвердить свои номинальные права собственности. В процессе приватизации право директоров по своему усмотрению распоряжаться находившимися на их попечении предприятиями было закреплено юридически. Возникла ситуация, когда для руководителей первоочередной задачей стало сохранение контроля над предприятием.

Стремление директоров прежде всего сохранить свой контроль стало непреодолимым препятствием для осуществления возможных внешних инвестиций. Перед руководителями предприятий встала необходимость решать дилемму инсайдера (агентскую проблему). Если они позволят внешним инвесторам вложить в их предприятие свой капитал, им придется поступиться значительной частью своего контроля. Если же они не станут привлекать внешних инвесторов, то у них не будет необходимых средств, так как финансовое положение большинства предприятий очень тяжелое. Практика показывает, что в большинстве случаев руководители предпочитают прежде всего сохранить свой контроль, оставляя предприятие без внешних источников финансирования инвестиций. Таким образом, жесткий инсайдерский контроль представляет важную черту российских предприятий.

Второе, что характеризует российские предприятия, — это присущий им особый тип монополизма. Монополизм, доставшийся от планового хозяйства, не является причиной высокой концентрации производства, как это обычно бывает в рыночной экономике. Он возник, во-первых, по причине узкой предметной специализации предприятий, и во-вторых, в результате жестких связей между поставщиками и производителями. В этой ситуации каждый ощущает одновременно и свою зависимость, и свою монопольную власть в отношении различных хозяйствующих субъектов.

Возникает вопрос: как же в этих условиях руководители предприятий будут решать проблему инвестиций? Для ответа на этот вопрос может оказаться полезной модель Айхнера. В этой модели описывается поведение олигополистической фирмы, которая, сталкиваясь с необходимостью осуществлять инвестиции, по тем или иным причинам не может использовать внешние источники финансирования. По мнению Айхнера, фирмы, используя свое положение искателей цены, могут получить необходимые инвестиционные ресурсы, повышая цены на свою продукцию. Их положение на рынке такого, что рост цен не приведет к слишком большому сокращению спроса на их товары, а само это сокращение произойдет только по прошествии определенного времени.

Модель Айхнера, по нашему мнению, хорошо подходит для описания поведения предприятий в условиях переходного периода. Нацеленность на сохранение контроля, характерная для руководителей, и монопольное положение руководимых ими предприятий не оставляют иного способа финансирования инвестиций, кроме повышения цен. В течение последних лет, не привлекая внешние источники финансирования ради сохранения своего контроля, руководители в значительной степени заменяли его повышением цен. По причине жесткой связи поставщиков и потребителей и узкой предметной специализации предприятий инфляционные импульс, подаваемый одним предприятием, прокатывается волной по всей экономике. Рост цен на продукцию одних предприятий оборачивается увеличением издержек для других, вслед за чем следуют спад и сокращение спроса на инвестиционные ресурсы. Следует указать, что рост цен компенсируется, с одной стороны, сокращением спроса, с другой, — увеличением доли денежных субститутов в общем объеме денежной массы. Роль денежных субститутов в российских условиях выполняет прежде всего долговые обязательства между предприятиями. Так, мощный инсайдерский контроль оказывается непосредственной причиной инфляции и сопровождающего ее спада.

Имеющее место в последнее время замедление темпов спада и инфляции во многом объясняется также и изменениями в управлении на предприятиях, которые происходят в последнее время. На многих предприятиях преодолевается инсайдерский контроль. Различные финансовые институты (прежде всего, коммерческие банки) становятся собственниками предприятий, что означает для них получение контроля. Об этом свидетельствуют факты («Онексимбанк — «Норильский никель», «Сиданко»; «Инкомбанк» — АО «САМЕКО»; «Менатеп» — ЮКОС и т. д.). Приобретая контроль над предприятием, а значит и получая доступ к необходимой информации, аутсайдеры с гораздо большей охотой осуществляют инвестиции, что в значительной степени отменяет необходимость финансировать их за счет роста цен.

Таким образом, соотношение контроля инсайдеров и аутсайдеров оказывается дополнительным важным фактором, определяющим динамику темпов инфляции и объемов производства.